Кто и что есть мерило добра и зла, если не сам человек? В трагедии "Моцарт и Сальери" А. C. Пушкин, размышляя над этой проблемой, выносит приговор: да, композитор Сальери отравил Моцарта, а злодей не может быть гением. Так ли бесспорно это утверждение? Ведь музыка Сальери не лишена гениальности. Что же тогда толкает его на преступление?

Луна Сальери – область преисподней, откуда невозможен выход. Сальери осужден навеки испытывать зависть, и мучиться новым переживанием убийства, в то время как Моцарт, являясь уже бесплотным существом, имеет полную свободу путешествий по всей вселенной. Сальери-грешника терзают видения, разнообразные в своем безобразии, и только Моцарт своим искусством способен облегчить участь несчастного, но Сальери все равно совершает выбор в пользу кошмара, предпочитая его мысли о том, что на его планете есть существо более одаренное, чем он…

Критики о спектакле:

«Спектакль расположен преимущественно по вертикали, история вписана авторами как бы в космический контекст, где главное внимание уделено не тому, что происходит во время разговоров героев за столом, дома или в ресторане, а в их душах, главным образом в душе Сальери (Дмитрий Нуянзин, Юрий Тесля), в его видениях и снах. Главная героиня здесь — красота, такая, которая может быть передана только на языке этого вида театра, в данном случае марионеточного» (Галина Брандт, Петербургский театральный журнал)

«Следуя пушкинскому сюжету, нам показали в осколке зеркала и кое-что о нас самих. Сальери вершит свой суд ради высшей, как он ее понимает, справедливости. Ибо не может смириться, когда «бессмертный гений озаряет голову безумца, гуляки праздного». Человек, завершивший свой земной путь в доме умалишенных, безумным называл Моцарта. И режиссерское прочтение – луна Сальери в небесных чертогах, которых он не может достичь, тщетно пытаясь оторваться от земной тверди, – это классический символ. Лунный диск издревле считают приютом потерявших разум…» («Брестский вестник»).

«Спектакль «Луна Сальери» ценен именно тем, что вскрывает эту парадоксальность человеческой натуры, отправляет в путешествие по мрачным глубинам подсознания, заставляет заглянуть в глубь себя, осознать как свой внутренний свет, так и затаённую тьму» (Анастасия Мышко, PENSNE).

«Индивидуальная судьба на фоне Вселенной. Сценические метафоры автора сценической редакции и режиссера Руслана Кудашова находятся в органичном единстве со сценографией и куклами Андрея Запорожского. Сценический текст ничего не иллюстрирует, а как бы затягивает вглубь для серьезных размышлений. Кукольная сцена совершенно неожиданно порождает новые объемы смыслов и художественности» (Татьяна Орлова, «Деловая газета»).